Перейти к содержимому


Понравилось


  • Вы не можете создавать темы
  • Чтобы отвечать, сперва войдите на форум
345 ответов в теме

#341 OFFLINE   Лалико

Лалико

    Администратор

  • Administrators
  • 19 290 Сообщений:
31 177
Excellent
  • ОткудаБаку

Опубликовано 30 Март 2018 - 12:20

Пронзительный рассказ 13-летней Маши Афанасьевой из Краснодара, который она прислала на Всероссийский конкурс дневников приемных семей.


Я ничего не помню.

Я не хочу ничего помнить.

Я хочу забыть то, что иногда мелькает в моей голове.


Я родилась сразу четырехлетней. Долго-долго не могла понять, что со мной происходит. Какая-то серая пелена окутала и скрывала мое раннее детство. Все в тумане, хмурое, злое… Постоянное чувство беспомощности и постоянный плач моего маленького брата. Он все время хочет есть. И плачет. И плачет. Этот плач преследует меня и сейчас.


Смотрю на рыдающего ребенка на улице, и сердце замирает. Я вглядываюсь в его личико — нет, не худой, в руках бублик. Смотрю на его маму — красивая, молодая, хорошо одетая… трезвая! Так что же ты плачешь?! У тебя все есть! Так и хочется крикнуть этому мальчишке — постой, не реви, прекрати рыдать! Ты даже не понимаешь, какой ты счастливый! Обними свою маму и не отпускай! Никогда не отпускай!!!


Больше всего на свете я боюсь потерять маму. Мою мамочку, у которой я родилась, когда мне было четыре года.


Помню, как ждала свою биомаму, биобабушку в приюте. Помню, как бабушка пришла. Я сегодня не ела конфеты и отдала их ей, попросила передать Ванюше. Она взяла. А через неделю принесла мне их как угощение… только половину. Я была рада и этому. Бабушка сказала: «Жди меня», и больше я её никогда не видела.


«Добрые» люди сказали, что меня вряд ли заберут. Мама пьет, бабушка пьет, папа сказал, что я не его дочь. В приемную семью меня тоже не возьмут, потому что ко мне довесок идет — Ваня, мой братишка, а он больной. Никому не нужны больные дети.


Я сразу все поняла. Я и не ждала, я знала, что никому не нужна. Если родные люди не приходят за мной, значит, я плохая. Самая плохая девочка на свете. Это я во всем виновата! Это из-за того, что я не могла успокоить вечно плачущего брата, нас забрали из дома. Я готова к любому наказанию.


Когда не ждешь, не надеешься — становится легче. Все вокруг безразлично. Мне было все равно, что я ем, что пью, во что одета, куда нас ведут, зачем. Я уснула, даже не уснула — я умерла. Сначала внутри, а затем мое тело, поддерживая меня, не захотело жить.


Мне было очень плохо. Больно. Но я это заслужила. Уколы, капельницы, таблетки и тишина… долгая изнуряющая тишина. Вдруг — у моего уха чье-то дыхание. Голос. Неожиданно стало тепло и мягко. Я открыла глаза. Кто-то держит меня на руках. Без суеты, как-то неспешно, нежно, но очень крепко. Кто-то меня покачивает и шепчет на ухо невнятное. Вспомнить не могу, то ли песня, то ли молитва. Я быстро закрыла глаза. Вдруг это сон и он уйдет. Нет-нет! Сон, не уходи! Мне так хорошо сейчас!


Именно этот момент я вспоминаю чаще всего. Это была моя первая встреча с мамочкой. Её сын заболел. В больнице Мише стало легче, он заснул. Мама уложила его и, укутав меня в свою кофту, качала меня на руках. Помню её руки, поглаживающие мои волосы и убирающие их с лица. Помню её запах, помню шепот у моей щеки. Помню, как боялась открыть глаза. Как слезы предательски лились из глаз по щекам, как мама вытирала их мягкой ладошкой. А затем её слезы начали падать на меня. Я помню, как завыла… не заплакала, а завыла, как собачонка. Боль, которая сидела во мне, вырвалась наружу в самый неподходящий момент. Не открывая глаз, я выла. На всю больницу. Прибежали врачи и забрали меня у мамы. Я не могла простить себе, что не сдержалась, ведь если бы я молчала, объятья продолжались бы вечно.


Следующий раз я увидела маму уже в «Ависе». Время, которое она навещала меня, было очень тяжелым. Я изо всех сил старалась не верить, не ждать её. А может, просто ничего не понимала. Сейчас сложно сказать.


Однажды утром мама забрала меня домой. Такой красивой я еще никогда не была. На мне было все новое. Платье, колготочки, туфельки, кофточка и даже нижнее белье. В этот день мы оставили прошлое навсегда.


В новой жизни у меня было все. Кровать и стол, подушки и игрушки, полный шкаф красивой одежды и волшебные книги. Были Миша и Лиля. Не было лишь Ванюши… Первое время я боялась шевелиться. Старалась меньше говорить и есть. Хотела понравиться маме и папе или хотя бы не мешать им. Я не знала, как надо себя вести. И все ждала, когда же будет плохо. Когда наказание найдет меня. Все изменилось, когда мама сказала, что никогда и ни за что не отдаст меня никому! Что бы я ни сделала. Сказала, что я её ребенок, а она моя мама. И это решено не нами, а судьбой. А судьбе видней. Так что, сказала мама, давай пошалим! Сколько куч осенних листьев мы разбросали в этот день! Родители закапывали нас с Мишей в листву. Мама сплела яркие веночки на головы, и мы стали похожи друг на друга.


Ваня появился в доме совсем неожиданно. Я его не узнала и долго не верила, что это мой брат. Когда я поняла, кого мама привела домой, ужас наполнил меня. А вдруг он будет плакать, баловаться, шуметь?! Нас заберут из дома. Я умоляла Ваню вести себя тише, не отходила от него, чтобы он не испортил чего. А если бы испортил, мама этого бы не заметила. А случалось с Ваней что-то постоянно. Братик плохо ходил, тянул ножку, и ручка не работала совсем. Он все ронял и разбивал, а мама только смеялась и обнимала его. Скоро я поняла, что Ване тоже не грозит изгнание, и я перестала волноваться.


Любую свободную минутку я стараюсь проводить с мамой. Мы часами сидим и болтаем о том о сем. Помню, как в большой компании мамины подружки вспоминали, с каким весом и ростом родились их дети. Как они первый раз увидели своих малышей. У меня земля из-под ног ушла. Я не могла дышать. Мама улыбнулась и сказала, что Мишенька родился 3800 и 52 см, Машенька родилась 3200 с ростом 47 см, а Ванюша 2700 с ростом 45 см, а Лиличка 2100 и 44 см, и рассказала, как первый раз нас увидела, какие мы все были хорошенькие и родненькие и что она почувствовала. Я так мечтала, чтоб это было правдой, что вскоре поверила в эту прекрасную сказку и заменяла ею свои тяжелые воспоминания.


Мама часто укачивала меня, завернув, как малышку. Обожаю эти моменты. И даже сейчас, когда меня что-то волнует, сажусь рядом с мамой, беру ее за руку и понимаю, что нет ничего родней, чем этот запах, добрая улыбка, заботливый взгляд. Удивительно, но где бы я ни была, чем бы ни занималась, у меня перед глазами мамины глаза. Они могут быть веселыми, грустными, радостными или тревожными, уставшими или искрящимися. И всегда любящие! Мама смотрит на меня с гордостью или тревогой… но никогда с безразличием или упреком. Я, вернее мы все, стараемся быть похожими на нашу маму. И желаем всем детям на земле видеть такими мамины глаза.  С просторов.

#342 OFFLINE   Лалико

Лалико

    Администратор

  • Administrators
  • 19 290 Сообщений:
31 177
Excellent
  • ОткудаБаку

Опубликовано 01 Апрель 2018 - 11:46

Опубликованное фото

#343 OFFLINE   Лалико

Лалико

    Администратор

  • Administrators
  • 19 290 Сообщений:
31 177
Excellent
  • ОткудаБаку

Опубликовано 02 Апрель 2018 - 07:55

Счастье

Опубликованное фото


Самолёт дышал на ладан и пассажирам казался испорченной погремушкой, привязанной к четырём старым вентиляторам. Матросы из Владивостока, для которых он был зафрахтован, уже в Домодедово прибыли пьяными в щи. Пограничница, штампуя их паспорта, прикрывала нос и рот зелёным форменным галстуком. Пластиковая перегородка между ней и моряками моментально запотела, и последняя сторожевая будка родины стала напоминать душевую кабину.

Мы летели в тропический рай, на один из прекрасных островов, которые, согласно пословице, проплывают мимо также быстро, как сама жизнь.

В самолёте не было багажного отделения, поэтому все вещи моряков разместились в салоне. Весело и загадочно звенела водка в ящиках, на пол с переполненных полок то и дело падали макароны и тюки туалетной бумаги. В самом хвосте в проходе между кресел стоял пустой жестяной гроб.

Мой сосед – угрюмый кавказец с красивым и мужественным лицом, наискось перечёркнутым бледным шрамом – перехватив мой взгляд, сказал: «Летим принимать вахту испанского траулера. Там братка наш прижмурился – снастью прибило. Так что обратно в лежачем поедет. Ты-то как сюда? Шпион?» Я признался, что хуже – журналист. Что еду писать статью про тот же остров, на котором их ждёт испанец. А лечу с ними, потому что так дешевле.

«Рауф», - наконец, улыбнулся мой сосед и протянул мне руку, тяжёлую как якорная цепь. Потом он достал с полки кожаный «дипломат», а оттуда – бутылку коньяка: «Выпей со мной, Москва, я с журналистами ещё не летал». Мы выпили. Коньяк был тёплым и пах старой, распаренной на солнце лодкой...

Ни о чём он меня спрашивать не стал, не то, видно было настроение, а просто рассказал мне всю свою жизнь. Как после армии поехал прямо из азербайджанской деревни в Одессу, в мореходку. Привёз взятку, иначе бы не приняли – языков он сроду не учил, про математику знал только то, что она есть. Стипендия маленькая, год выживал, как мог, услышит «чурка» - сразу лез драться, ел варёную морковь, а потом приспособился джинсы оптом покупать в порту у мореманов и отправлять на родину. Опасно, но денежно.

На втором году «завёл нужных друзей, нагнул портовую фарцу и договорился с ментами. Зажил как король – тачка, рестораны, бабы…». Потом на улице встретил Наташу: «Не поверишь, красивая такая, я дышать не мог, когда в первый раз увидел! Знаешь, такие женщины есть, когда они рядом - ругаться нельзя, да?». Ухаживал долго, потому что она была, хоть тоже приезжая, но из хорошей семьи и училась на пианистку. А Рауф – шпана, уголовный элемент. «С курдами из-за неё на ножах резался. Плохое слово сказали. Шрам видишь?», - сказал мой попутчик, открывая вторую бутылку: «Пей, Москва, я больше тебя зарабатываю».

Однажды, когда они с Наташей уже месяца два, как встречались, Рауф её взревновал. К священнику той церкви, куда она по воскресеньям ходила. Поп был молодой, красивый, глаза голубые. Подстерёг он батюшку по дороге домой после вечерней, прижал к стене, чиркнул ножичком по шее, чтоб припугнуть, и говорит: «Ещё раз, чмо бородатое, увижу, как она тебе руку целует, отрежу руку, понял?» Поп перепугался, конечно, но потом с духом собрался и говорит: «Значит это она за тебя молебны-то заказывает?» Какие-такие молебны? «За здравие твоё и умягчение сердца».

В семь утра следующего дня Рауф был у общаги консерватории Неждановой со всеми цветами, которые мог купить в такую рань. Он стоял под Наташиным окном и звал её, а рядом гремел своим мятым сиротским золотом нанятый не скажу, за сколько джазовый оркестр клуба пожарных. Оркестр фальшивил, но и молодой человек ведь тоже кричал с акцентом: «Наташькя! Вийдешь за мине, я хот в буддиста крещусь! Лублу тебе, не могу домой без тебе ехат!».

С тех пор они были вместе. По окончании мореходки Рауфа распределили во Владик, на сухогруз. И тут бодяга замутилась – Горбачёв, ножки Буша, соляра подорожала, сухогруз Рауфа вдруг куда-то сплыл и не вернулся. А детей у них уже двое, квартира съёмная, и в окно смотрит своим скверным прищуром просоленный блатняшка Владивосток. Устроился Рауф простым рыбаком. Уходишь в путину, взял улов, перегрузил втихую японцу и домой – руками разводить: «Ушла рыба, началник!» Тяжёлая работа, каждый день к концу смены ни рук, ни ног, убиваются рыбаки порой насмерть, но, вроде, зажили неплохо.

«Червь только меня жрал, Москва… Не могла же она меня любить, я кто – чуркан, на пианино не играю, книгу читал только одну – «Устав службы на судах морского флота», и ту уж забыл – от чего устав? Как устав? Мысли ведь в голову лезут, когда ты в море четыре месяца, а она дома, и красивее её нету женщины на земле. Начинаешь к детям приглядываться – похожи-нет? То-сё»... И вот однажды шайтан попутал Рауфа, явившись к нему в виде алкаша-соседа дяди Миши. Рауф заставил доходягу убрать за собой окурки на лестничной площадке, а тот возьми, да и скажи: «Твоя-то, говорят, блядует, пока тебя нету… Мужик у неё, сам видел…»

Зубов конечно, дядь Мишиных на площадке той осталось побольше, чем окурков, но с того дня зардели в душе моряка невыносимые угли. И решил он проверить свою женщину. Сказал, что вернётся с путины тогда-то, а приехал на две недели раньше. Открывает дверь своим ключом аккуратно, без шума, сердце только гремит так, что мёртвого поднимет. Ну вот, открывает он дверь и прям из коридора видит, как на кухне сидит мужик лет тридцати пяти, в его, Рауфа, пижаме, симпатичный такой блондин, загорелый, ест пельмени и смотрит телевизор Sony, который Рауф из Японии привёз. Не помнит моряк, как бил мужика, и как потом выбросил в окно осквернённый любовником телевизор, но дело завернулось плохое. Наташа, откуда не возьмись, появилась, повисла у него на руке, кричала и плакала. Он и её ударил так, что она упала, стукнулась головой об немецкую электрическую открывалку на стене и затихла. Дети выбежали на шум, ревут. Тут Рауф и начал соображать, что что-то тут не так, не могла ж она при детях… А мужик ему – весь в кровище – паспорт протягивает, фамилия-то у него Наташина девичья и отчество то же самое. Брат это её оказался по отцу, от первого его брака, вернулся с Кубы, отслужил там на локаторе восемь лет и приехал во Владик - родственников повидать…

Наталью увезла скорая. Рауф ехал с ней, так и не пришедшей в сознание, всю дорогу, рыдая и колотя белым от отчаяния кулаком в свой пустой как корабельная рында лоб, шепча и выкрикивая проклятия на певучем азербайджанском и забористом, как дым в глаза, русском. «Трещина у неё была в шейном позвонке. Врач сказал, что чудом осталась жива. Что будет операция, и все бы хорошо, но жена, говорит, ваша на четвёртом месяце. Будем, говорит, позвонок менять, это общий наркоз часов на восемь минимум, как там с ребёнком обернётся, не знаем…» Всё же горе миновало семью Рауфа. Наташу вылечили, с сыном (а это был их третий сын) тоже всё оказалось в порядке. «Я на коленях у её кровати стоял в реанимации, просил прощения. Аллаху молился и Иисусу вашему молился, пусть хоть кто поможет. И было это для меня самое страшное время в моей жизни, Москва. Сволочь я, плохой, но ведь нет на свете такого греха, за который мне бы суждено было умереть позже неё. Или есть, как ты думаешь?» - когда он это у меня спросил, в глазах его вдруг проступил беспомощный ужас.

Мы помолчали. В иллюминаторе что-то бесконечно клубилось и уплывало.«Знаешь, - сказал Рауф, печально улыбнувшись и окинув взглядом салон нашей летающей погремушки, - а ребята ведь мне за два дня по всему Владику денег собрали, чтобы в Японию её везти. Там, вроде, лучше лечат. Хорошие они мужики, все до одного». Хорошие мужики спали в самых нелепых позах, храпя и исторгая в атмосферу пары своего недавнего недорогого досуга. В хвосте – рядом с туалетом, будто кем-то обманутый, жалобно скрипел пустой жестяной гроб. Рауф полез в карман, достал оттуда паспорт, за внутренней обложкой которого лежала фотография. С неё на меня смотрела простая, немного полноватая женщина средних лет со старомодной высокой причёской. Она не показалась мне очень красивой, на мой взгляд ничего особенного в ней не было. Хотя нет, было. Её слегка затуманенные какой-то мимолётной печалью глаза светились мягким, обнимающим душу светом. Эта женщина была счастлива.

© Сергей Протасов


#344 OFFLINE   Лалико

Лалико

    Администратор

  • Administrators
  • 19 290 Сообщений:
31 177
Excellent
  • ОткудаБаку

Опубликовано 11 Апрель 2018 - 01:18

Опубликованное фото

#345 OFFLINE   Insurgent

Insurgent

    Циник-садюга²

  • Members
  • ФишкаФишкаФишка
  • 15 567 Сообщений:
9 170
Excellent
  • ОткудаСССР

Опубликовано 11 Апрель 2018 - 09:33

Какая мерзость!
Я не знаю что ты куришь,но дыми в другую сторону.

#346 OFFLINE   Лалико

Лалико

    Администратор

  • Administrators
  • 19 290 Сообщений:
31 177
Excellent
  • ОткудаБаку

Опубликовано 17 Май 2018 - 11:55

До тех пор, пока у Женщины не случился роман с самой собой, каждый мужчина будет для нее всего лишь психотерапевтом, пытающимся излечить ее от неприятия самой себя и страха остаться одной.
Истинная, глубокая любовь, возникает из состояния наполненности собой. Тогда любовь к мужчине родится в своем высшем проявлении — как дарение себя ему, а не как отчаянная попытка быть кому-то нужной, чтобы ощутить собственную полноценность.
(с)




0 пользователей читают эту тему

0 пользователей, 0 гостей, 0 невидимых