Перейти к содержимому


Прикольное чтиво))


  • Вы не можете создавать темы
  • Чтобы отвечать, сперва войдите на форум
46 ответов в теме

#41 ONLINE   Лалико

Лалико

    Администратор

  • Administrators
  • 23 181 Сообщений:
36 806
Excellent
  • ОткудаБаку

Опубликовано 31 Август 2017 - 11:32

В Праге я прожил около года. Срываясь иногда на моря позагорать да в любимые Карловы Вары.

Времени у меня свободного было много. Поэтому я стал посещать местные тусовки. В основном народ собирался по интересам. И по пятницам. Пива попить, себя показать.

На одной из таких тематических вечеринок я и познакомился с Олегом.

Олегу было 46 лет. Спортивного телосложения, чуть выше меня ростом. Голову он тщательно брил. Не пил, не курил. В Москве у него был какой-то нефтяной бизнес, на дивиденды от которого он и жил. Жил, кстати, весьма неплохо.

У Олега была парочка квартир в Праге и участок за городом. Где он собирался строить дом. Двухэтажный, с бассейном и сауной. А какой дом без хозяйки? Правильно, не дом, а так - место для сна.

Вот с хозяйкой-то у Олега не клеилось. Нет, девушки у него были, и женским вниманием он не был обойден. Но все его романы носили временный характер, и спутницы жизни менялись с пугающей его быстротой.

- Может, меня сглазил кто? - спросил он меня как-то, предварительно рассказав о недавнем расставании с голубоглазой брюнеткой.

- Вряд ли, - ответил я, - к лысым сглазы не пристают. Но в проблеме твоей разобраться можно. Тем более я специалист по гендерным темам.

- Типа психотерапевта? - спросил Олег.

- Типа кризисного управляющего в семейных отношениях, - в тон ему ответил я. - Если хочешь, можем попробовать разобраться с твоей невезучестью с женщинами и попробуем это исправить.

- Давай, - загорелся Олег, - в случае удачи с меня ящик коньяка.

- Я практически не пью, но коньяк в хозяйстве всегда пригодится, - кивнул я, - и ты со мной должен быть предельно откровенен и постарайся соблюдать все мои рекомендации.

- Договорились, - сказал Олег, - но сейчас нормальных девушек нет. Всех интересуют только деньги.

- Ты просто не умеешь их готовить, - пробурчал я. – Ладно. Где ты обычно знакомишься с женщинами?

- Да много где, - задумался Олег, - в основном в клубах и в интернете. На сайтах знакомств.

- Интересное кино, - протянул я, - ты ищешь себе спутницу жизни, мать твоих будущих детей, в клубах? В тех местах, где пьют, принимают наркотики и завязывают знакомства для банальных потрахушек?

- Ну, а где их искать-то, - удивился Олег, - не в планетарии же?

- Да хотя бы и в планетарии, - усмехнулся я, - или на концертах, тематических встречах и прочих культурных мероприятиях. Уж в столице-то их полным-полно.

- Да был я на местных тусовках пару раз, - сморщился Олег, - на Прагматиков и на Friday ходил. Скукота одна. Тёткам далеко за 30. Злые и неудовлетворённые какие-то.

- Я тебе не про тусовки, а про культурные мероприятия, - перебил я Олега, - вернисажи, выставки, театр. Тусовки от клубов отличаются лишь более тихой музыкой и более дешёвым алкоголем.

- Ну, не знаю, - протянул Олег, - в клубе как-то проще познакомиться. Да и девушки в клубе помоложе и покрасивее.

- А тебя какой возраст интересует? - прищурившись, спросил я.

- От 20 до 25 лет, - ответил Олег.

- О как, - усмехнулся я, - ты ищешь для семьи женщину в два раза младше тебя. А потом удивляешься, что тебя бросают.

- Возраст не помеха в серьёзных отношениях, - возразил мне Олег, - они же со мной спать ложатся, несмотря на мои 46. Да и выгляжу я ещё о-го-го.

- Поверь мне, - я положил руку на плечо собеседника, - молодые девушки хотят спать с молодыми парнями. А со старпёрами они спят в ожидании каких-либо ништяков.

Олег нахмурился.

- А почему у тебя такие странные имя и фамилия? - внезапно спросил он.

Я искоса посмотрел на Олега.

- У меня болгарские корни, - сказал я, - имя Ангел очень распространено в Болгарии. А фамилию Шесто переделали в Шестой. Тоже очень распространённая фамилия.

- Ясно, - кивнул Олег, - а у тебя-то есть кто? Жена или подруга.

- У меня постоянно кто-то есть, - усмехнулся я, - но только все временные. Есть Единственная любовь, но она сейчас в командировке. В длительной. Очень длительной.

- А с ней ты где познакомился? - спросил Олег.

- На работе, - ответил я, - она была секретаршей шефа. Референтом, точнее. Ну, я и закрутил роман. Меня за это и уволили.

- Круто, - усмехнулся Олег, - то есть ты вот такой умный, а всё равно косяк спорол. Завёл служебный роман.

- Все мы грешны, - вздохнул я, - все мы думаем, что умнее других, и делаем одни и те же ошибки. Только у тебя есть возможность поучиться на чужих ошибках, чтобы не наделать своих.

- Постараюсь, - кивнул Олег, - завтра же пойду в планетарий, послезавтра в театр. А потом на балет. Буду женщину себе искать.

Я поморщился.

- Да не ищи ты никого специально, - сказал я ему, - живи, как тебе нравится. Она к тебе сама придёт.

И мы расстались. На неделю.

Через неделю встретились на том же месте. За тем же столиком.

- Познакомился, - после приветствия выдал мне Олег, - всё, что я хотел и о чём мечтал.

Глаза его горели. На лице то и дело возникала улыбка.

- Скока лет и где познакомились? - перебил я его.

- 25 лет ей, - отозвался он, - на последнем курсе учится в универе, красавица, умница...

- Где познакомились? - перебил я его.

Олег замер на мгновенье.

- В клубе, - наконец-то ответил он и тут же горячо затараторил: - Но она там случайно оказалась. Её подруги затащили. А так она не такая. Скромная, детей любит, животных.

Я с интересом посмотрел на Олега.

- Подарки дарил уже? - спросил его.

- Серёжки хочу подарить, они ей очень нравятся, - ответил тот, - на Парижской в магазине видели.

Я рассмеялся.

- Сейчас что-либо тебе говорить бесполезно, - сказал я Олегу, - у тебя в голове бардак. Просто исполни одну мою просьбу. Ни под каким видом ничего не покупай своей новой девушке. Кстати, как её зовут?

- Оксана, - сказал Олег, - и даже серёжки?

- Вообще ничего, - кивнул я, - и особенно серёжки. Скажи, что у тебя проблемы в бизнесе и ты должен экономить.

- Но я ей обещал уже, - растерянно протянул Олег, - что подарю на именины. У неё именины на следующей неделе.

- Подари букет роз, - посоветовал я ему, - три цветка. Красный, жёлтый и зелёный. Очень красиво смотрится.

Олег задумался. Посмотрел на меня. Кивнул.

- Попробую, - сказал он, - но я почему-то уверен, что она всё поймёт. И твои подозрения беспочвенны.

- Хотя бы две недели ничего не дари, - попросил я Олега, - всего две недели.

На этом и договорились. Попили кофе. Поболтали про футбол и погоду. И разошлись. Каждый по своим делам. Я домой, Олег прикидываться бедным перед Оксаной.

На следующей неделе он не пришёл. У меня не было его номера телефона. Как-то не обменялись при знакомстве. Да и зачем? Всё равно же каждую неделю встречаемся в одном и том же кафе.

Появился Олег только через пятницу.

Пришёл. Плюхнулся за мой столик. Поздоровался. Махнул официанту: как всегда – латте и маффин.

- Как успехи на личном фронте? - осторожно спросил я.

- Она злая и меркантильная сука, - выпалил Олег и добавил уже спокойно: - Ты был прав. И денег мне сэкономил. И дамочка проявилась во всей красе.

Я не стал расспрашивать о подробностях его разрыва с Оксаной. Олег сам мне рассказал. Он не стал покупать своей возлюбленной серёжки. Ограничился одной розочкой. И получил в ответ кучу помоев.

- Она назвала меня нищебродом, - сокрушался он, нервно попивая латте, - ты представляешь? А когда я заикнулся, что дела вот-вот пойдут в гору и мы с ней сможем полететь на две недели отдыхать куда-нибудь, то она потребовала кроме оплаты отдыха ещё и две тысячи евро наличными. На её личные расходы. Ты представляешь?

- Жуть, - согласился я, - это прям какая-то проституция получается.

- Да, получается, - Олег отложил чашку с напитком и подпёр кулаками подбородок, - может, всё дело в том, что я не бедный человек? Вот мне и попадаются одни хищницы. Был бы я каким-нибудь слесарем в Подмосковье, давно бы нашёл себе жену и жил бы в любви и заботе.

- Всё было бы то же самое, - рассмеялся я, - только вместо золотых серёжек у тебя просили бы серебряную цепочку и вместо двух тысяч евро хотели бы две тысячи рублей взаймы до получки.

Олег пригорюнился.

- И что теперь делать? - спросил он.

- Просто жить, - ответил я, - не зацикливайся ты на бабах. Живи в своё удовольствие. Наслаждайся. А она тебя сама найдёт, твоя единственная.

- Да мне уже вон сколько лет, - вздохнул Олег, - а за плечами один неудачный законный брак и куча таких же неудачных гражданских.

- Я тебе твои ошибки указал, - ответил я ему, - повышай возрастной ценз. Прекращай бегать за двадцатилетними. Ты им интересен только как банкомат. Или не интересен, если у мамзель с деньгами всё в порядке.

- Хорошо, - кивнул Олег, - буду просто жить в своё удовольствие и игнорировать молодёжь.

Но продержался он, живя в своё удовольствие, недолго. Две недели.

Через две недели он приземлился за мой столик всё с тем же знакомым выражением лица. Смесь телячьего восторга и юношеской влюблённости.

- Ей тридцать четыре года, - выпалил он, - но выглядит на двадцать. Фигурка закачаешься. Зовут Таня. В разводе.

- Ты делаешь успехи, - улыбнулся я, - так мы через пару месяцев и до сорокалетних дойдём.

- Да ну тебя, - обиделся Олег, - тьфу-тьфу-тьфу, какие сорокалетние? Я уже нашёл свой идеал.

- Расскажи про идеал подробнее, - попросил я, - как долго живёт одна, что делает в Праге, из-за чего развелась с предыдущим мужем?

- Познакомились на презентации одной книги, - начал отчитываться Олег, - что-то про наркотики и про безумную любовь. Интересная книга, кстати. Подошёл, представился. В Праге живёт уже два года. Своя квартира на Гурке. Занимается продажей каких-то косметических средств. Но обеспечена. Её бывший платит алименты.

- Стоп, - остановил я словесный поток Олега, - а вот отсюда поподробнее. Сколько ребёнку лет? Какого он пола?

Олег на секунду запнулся. Но потом продолжил в прежнем темпе.

- Мальчик и девочка, - сказал он, - Петру десять лет, Катрин четырнадцать. Воспитанные дети. Занимаются музыкой и иностранными языками. Я с ними уже познакомился.

- Олег, ты дурак? - вновь перебил я его. - Зачем тебе чужие дети?

- Ну, они же уже есть, - ответил Олег, - куда их деть? Будут жить с нами.

Я схватился за голову.

- Они чужие, - сказал я, - они чужие и никогда не будут твоими. Хоть что делай. И они всегда будут детьми твоей Татьяны. Тем более у старшей дочери сейчас самый опасный возраст. Гормоны и прочие прелести подросткового периода.

- Но мы нравимся друг другу, - запротестовал Олег, - Таня сказала, что она от меня без ума. Что до меня у неё ничего подобного не было ни с кем. У нас каждая ночь как праздник. А ты хочешь мне запретить спать с любимой женщиной?

- Да я не запрещаю вам спать, - замахал я руками, - спите на здоровье. Это полезно. Секс всегда полезен.

Молодая парочка, сидящая за соседним столом, подозрительно уставилась на нас.

- Только жениться-то зачем? - понизив голос, продолжил я. - Покувыркались в постельке - и по домам. Ты к себе, она к себе.

- Мы планировали съехаться, - так же тихо сказал Олег, - точнее говоря, я намекнул, а Танечка сказала, что не против.

- Это она сейчас не против, пока у неё бабочки в пузе играют, - проворчал я, - а как дочка пару скандалов закатит по поводу чужого дядьки в доме, так сразу станет против.

- Так в таком возрасте все девушки с детьми, как правило, - уныло сказал Олег, - ты ещё бы предложил девственницу искать.

- Девушка с ребёнком звучит по-идиотски, - поморщился я, как от зубной боли, - называй вещи своими именами. Девушки с детьми быть не может. По определению. Разведёнка с двумя детьми. Особо циничные мужики называют их прицепами. Зачем тебе два прицепа на склоне лет?

- Они не прицепы, они дети, - обиделся Олег, - где мне бездетную мадам в таком возрасте взять?

- Та, у которой уже дети выросли, - сказал я, - как раз около сорока лет. Ребятёнок подрос, вылетел из гнезда. А вместо него ты. Будет тебя кормить, поить и баловать.

- Вот всё ты мне старушек пытаешься сосватать, - прошипел Олег.

Но поблагодарил за советы. Часть из которых он выполнил. А часть нет.

С Татьяной он встречался полтора месяца. Пока её старшая дочь не заявила, что дядя Олег засматривается на неё.

Таня обозвала Олега педофилом и выставила его вон.

После Тани у Олега была двадцатидвухлетняя Ира. После Иры двадцатисемилетняя Галина. Потом ещё кто-то.

Мысли о женитьбе Олег оставил. Хотя всем своим женщинам всегда намекал, что не против связать свою жизнь с единственной и неповторимой.

Женщины вначале верили. Некоторые из них снижали свои аппетиты. Думая о предстоящем выгодном браке. Но потом понимали, что Олег их динамит, и разрывали отношения. А динамил Олег по одной простой причине. Он опасался, что его используют, хотя сам делал всё, чтобы именно так и было.

Каждый раз, знакомясь со своей новой возлюбленной, Олег искренне верил, что это она. Не такая, как все. Другая. Которая полюбит его не за деньги, а за то, что он такой хороший человек.

И каждый раз разочаровывался.

Мне вначале было забавно наблюдать, как взрослый, довольно неглупый человек делает одни и те же ошибки. Как запрограммированный робот. Постоянно наступает на одни и те же грабли. Мучается. Переживает. Зализывает раны. И потом начинает всё сначала.

Вся его жизнь свелась к поиску спутницы жизни. Он и спортом-то занимался не для себя, а для того, чтобы произвести хорошее впечатление на слабый пол. Вместо того чтобы заниматься чем-то нужным и полезным для себя, он ухаживал за молодыми и глупыми девчонками. А когда его, использовав, посылали к чёрту, переживал и винил весь женский пол в коварстве и меркантильности. Хотя виноват во всей этой клоунаде был он сам.

Потом Олегу надоело рассказывать мне про свои любовные неудачи и выслушивать в ответ «ну, я же тебе говорил».

Мы стали реже видеться. Пятничные посиделки постепенно сошли на нет.

Я несколько раз встречал его в Праге. Постаревшего, но в отличной физической форме. И всегда под ручку с молодой особой.

Я подходил, здоровался.

- Олег, это ваша дочка? - спрашивал, пряча улыбку.

Олег хмурился.

- Нет, это моя девушка, - отвечал он, глядя поверх головы.

А в последний раз при встрече сделал вид, что не заметил меня. Отвернулся в другую сторону и что-то оживлённо начал рассказывать своей молодой спутнице.

Я не стал его перебивать и прошёл мимо.

Пусть живёт в своих фантазиях.

Это его жизнь. Не моя.


Вадим Фёдоров

#42 ONLINE   Лалико

Лалико

    Администратор

  • Administrators
  • 23 181 Сообщений:
36 806
Excellent
  • ОткудаБаку

Опубликовано 02 Сентябрь 2017 - 10:36

Реакция организма на измену.

С Сергеем я познакомился давно. Как только приехал в Прагу.

У него был свой небольшой бизнес. Он оптом продавал акамуляторы.

Собственно, мы и познакомились с ним из за того, что у меня во вновь купленной машине сдохла батарейка.

Спросил у знакомых, где можно купить новую. И кто то мне посоветовал - "Позвони Серёге. У него их вагон и маленькая тележка."

Я позвонил. Сергей приехал. Привёз, что надо.

Мы изредка созванивались с тех пор. Пару раз сходили на хоккей. Пару раз пожарили шашлыки.

От кого Сергей узнал, что я сдаю посуточно квартиру - неизвестно.

Позвонил он мне как то вечером. Извинился за поздний звонок.

- Я слышал, ты квартиру посуточно сдаёшь? - спросил.

- Сдаю, - ответил я и тут же задал встречный вопрос, - а ты с какой цель интересуешься?

- Хочу снять, - помолчав в трубку несколько секунд, ответил Сергей, - можно с сегодняшнего дня?

- Можно, - ответил я, - только не с дня, а с вечера. Я через минут сорок буду. Записывай адрес.

- Спасибо, - поблагодарил меня Сергей, - уже еду.

Встретились мы, как и договорились, через сорок минут. Поздоровались. Поднялись в квартиру. У Сергея в руках был рюкзак и пакет с продуктами.

- Что случилось? - спросил я, - у тебя же вроде квартира на Виноградах. Есть, где жить.

- Мне Дашка изменила, - пробурчал Сергей, выгружая из пакета продукты.

На столе появились две бутылки пива, бутылка водки, нарезка колбасы и пол буханки хлеба.

- Давай выпьем? - предложил Сергей, - я угощаю.

- А давай не будем? - предложил я, складывая спиртное обратно в пакет, - а просто поговорим. Говорить я хоть всю ночь могу. А вот выпить, извини. Возраст уже не тот. Я чайку лучше заварю. У меня тут обалденный чай есть. С запахом можжевельника.Что случилось то?

- Я же уже сказал, - Сергей сел за стол, - жена мне изменила. И я ушёл из дома.

- Интересное кино, - сказал я, колдуя над чайником, - только логика мне непонятна. Изменила жена, а ушёл ты. Обычно выгоняют тех, кто изменил.

- Нуууу, - Сергей на мгновенье задумался, - дети же у нас. Они то при чём? Их это не касается.

- Ты думаешь? - я разлил чай по чашкам, - ты и вправду считаешь, что измена матери их отцу никак на них не повлияет? Я вот думаю, что на воспитание детей влияет всё. Даже мысли. Не говоря уже о измене.

Сергей поморщился, как будто от боли.

- Может выпьем? - предложил он, - у меня на душе плохо. Муторно мне.

- Пей чай, - скомандовал я, - от алкоголя ещё муторнее будет. Лучше расскажи, что было и что планируешь? Жить у меня в квартире хорошо. Но очень накладно длительное время, даже со скидкой.

- Я на несколько дней, - Сергей с шумом втянул в себя чай, - потом в офис перееду, наверное. У меня там диван есть. И туалет с умывальником. А рядом торговый центр. С фаст фудом.

- В офис? - переспросил я, - твоё дело, конечно же. Но как то у тебя офис не очень приспособлен для комфортной жизни. Там даже душа нет.

- А я у тебя буду квартиру снимать раз в неделю, - предложил мне Сергей, - по воскресеньям. Буду мыться, бриться, приводить себя в порядок. Пустишь?

- Лучше по понедельникам, - сказал я, - выходные дни обычно самые загруженные. Туристами.

- Хорошо, - согласился Сергей, - по понедельникам. Забронируй за мной ближайший месяц все понедельники.

- Может сразу на год? - предложил я, улыбнувшись.

- Не, на год долго, - не оценил моей шутки Сергей, - на два месяца максимум. А потом как нибудь образуется.

- А что образуется то? - спросил я, - ты же мне толком ничего не рассказал. Давай, изливай душу. Я никому не расскажу, а может что и посоветую.

И Сергей принялся рассказывать.

Он и раньше подозревал, что его благоверная ему не совсем верная. Даша в последние два года стала по выходным пропадать на различных тусовках или мероприятиях. Каждую пятницу отправлялась на так называемое пятничное пиво. Благо дочери уже выросли и старшая приглядывала за младшей. Работала Даша парикмахером. По скользящему графику. Настолько скользящему, что Сергей уже перестал понимать, когда жена работает, а когда развлекается. Но дома она стала бывать реже и реже.

- А потом случилось как в самом плохом анекдоте, - рассказал мне Сергей, скрипя зубами и поглядывая на пакет со спиртным, - поехал я в командировку. В Берлин мне надо было смотаться. На день буквально. Да только я из Праги выехал, звонок. Партнёр позвонил, извинился и перенёс встречу. А я вместо офиса зачем то домой поехал. Приезжаю, а там всё в полном разгаре.

- С кем? - поинтересовался я.

- С Субудаем, - голос у Сергея стал глуше, - ты его знаешь.

- Знаю, - кивнул я, - он же твой друг.

- Друг, - Сергей зачем то потрогал нижнюю скулу, - был. Пока я его с Дашкой полуголого в своей квартире не застукал.

- А дети где были? - поинтересовался я.

- Старшая в школе, младшая в саду, - ответил Сергей, - дело то в 10 утра происходило. Она дочек в школу, а сама вместо того, что бы людей стричь, с любовником в постель.

Я подлил бедолаге чай в чашку. Помолчали.

- И что потом было? - осторожно спросил я, - чем ваша встреча в будуаре закончилась?

- Да ничем, - вздохнул Сергей, - Дашка ещё на меня и наорала. А Субудай мне в морду засветил. И на улицу выставил. Он здоровый, как бык. Куда мне против него?

- Да, в ближнем бою у тебя с ним шансов никаких, - в тон Сергею вздохнул я, - ты в следующий раз с собой рогатку возьми. Обстреляешь его пульками из жёванной бумаги.

- Тебе смешно? - обиделся Сергей.

- Да нет, не смешно, - ответил я, - скорее грустно. Два взрослых человека устраивают бои из за потасканной самки.

- Вообще то она моя жена ещё, - буркнул Сергей.

- Ну ты ещё со мной подерись, - усмехнулся я, - какая жена? Она тебе изменила. Не моё, конечно, дело. Но называть её женой с твоей стороны как то глупо.

- Глупо, - согласился Сергей, - и что мне теперь делать?

- Остыть, - ответил я, - а то у тебя сейчас в душе разброд и шатание. Поживи отдельно от семьи. Успокойся. Ты сейчас на эмоциях. Начни мыслить трезво. Это касается и алкоголя. Никакого пива и водки. Вода, чай. И желательно физические нагрузки.

- Да, ты, наверное, прав, - сказал Сергей, - надо успокоиться. А то меня всего трясёт. Как вспомню...

И Сергей заскрипел зубами.

- Отдыхай, - велел я ему, - если будет колбасить, звони мне. По крайней мере, я тебя хотя бы выслушаю.

- Спасибо, - сказал Сергей и проводил меня до двери.

Пакет со спиртным я предусмотрительно забрал с собой. Приехал домой. Зашёл в квартиру, звеня посудой.

- По какому поводу праздник? - встретила меня Леночка, глядя, как я выгружаю из пакета бутылки.

- У Серёги отобрал, - ответил я, - ему жена изменила. С его другом. Он их дома на супружеской постели застукал.

- Какой ужас, - всплеснула руками Леночка, - что же он теперь делать будет?

- Известно что, - пробурчал я, - будет думать, как же это произошло и что этого не может быть. Ну и пить будет. На сегодня я его этого удовольствия лишил. Но что дальше будет, не знаю.

- Мужик то вроде неплохой, - опять принялась причитать Леночка, - и дети у них. Кто их теперь воспитывать будет?

- Кто спит с бабой, тот и воспитывает её детей, - усмехнулся я, - только я что то сомневаюсь, что кому то нужны две очаровательные дочки в переходном возрасте. Покувыркаться в постели с замужней дамой у них дури хватает. А вот когда встаёт вопрос о содержании её детей, то дурь улетучивается и Васёк сливается.

- Ангел мой, - вздохнула Леночка, - ты циник.

- Все ангелы циники, - отозвался я, - иначе в этом мире нельзя.

Сергей, как и обещал, переехал жить к себе в офис.

По понедельникам он заезжал в квартиру на 13 этаже. Мылся, брился, приводил себя в порядок.

А во вторник съезжал обратно в офис на диванчик.

Встречались мы с ним обычно в понедельник вечером, при заезде.

Я передавал ключи и выслушивал монолог Сергея. При каждом заезде он был разным. То он обвинял весь женский род с коварстве и измене. То плакался о том, как ему одиноко и тоскливо.

Качало его на эмоциональных качелях довольно сильно. И очень сильно в этом деле помогала Даша.

Она переодически звонила Сергею. Требовала денег, развода. Запрещала видеть детей. Жаловалась, что он не принимает участия в их же воспитании.

- Что ей от меня надо? - в отчаянии спрашивал меня Сергей.

- Ничего, - отвечал я, - просто не отвечай на её звонки. Нервы целее будут.

- Так и сделаю, - отвечал Сергей, - заблокирую её номер. В чёрный список.

Но Даша звонила с номера старшей дочери и опять выводила Сергея из равновесия.

- Что мне делать? - роняя пьяные слёзы, в очередной понедельник, спрашивал у меня Сергей.

- Не пить алкоголь, - отвечал я, - это кажется, что он помогает. На самом деле спиртное делает всё ещё хуже. Займись спортом. Сжигай свои эмоции в фитнесе. Или бегай по парку.

- Завтра с утра начну бегать, - обещал Сергей, - вот прям с утра встану и побегу. До завтрака.

Но завтра Сергей вставал и бежал на работу. Которая хоть немного его отвлекала от семейных неурядиц.

Отработав, Сергей ужинал в ближайшем торговом центре. Возвращался в офис. С парой бутылок пива. Или чем нибудь покрепче.

Выпивал. Ложился на диван и размышлял о своей бесцельно прожитой жизни.

Так продолжалось три с половиной месяца. Три с половиной месяца, наполненными нытьём, работой и опять нытьём.

Как я и предполагал, Сабудай расстался с Дашей спустя некоторое время. Не смог он найти общий язык с одуревшими от нового папы детьми. Да и Даша в качестве жены предстала перед ним совсем в другом свете. Немолодая уже женщина с завышенными ожиданиями от жизни и скверным характером.

Исчез Субудай внезапно. Оставив после себя СМС-сообщение."Это было ошибкой."

Даша погоревала о несостоявшемся новом муже и принялась обрабатывать старого.

Она послала ему почти то же самое сообщение про ошибку. А потом принялась названивать и предлагать начать всё сначала.

- Она меня любит, - сияя, как надраенный самовар, говорил мне Сергей в один из наших понедельников, - это была ошибка с её стороны.

Я уже давно смирился с ролью его личного слушателя. Иногда вставлял реплики и следил, что бы Сергей не пил. Это было одно из моих условий его проживания по льготному тарифу. Но он всё равно выпивал, когда я уходил домой. О этом мне докладывала уборщица, выгребавшая пустые бутылки из мусорки.

- Она тебе изменила, переспала с другим мужчиной, - отвечал я, - ну элементарное чувство брезгливости у тебя же должно остаться?

- Это я виноват, что она мне изменила, - заявил вдруг Сергей, - я со своей работой совсем про семью забыл. Целыми днями с этими батарейками только и возился.

Оооооооо, - протянул я, - как всё запущено, однако. Ты на себя чужие грехи не бери. Со своими разберись.

Сергей обиженно засопел.

- Она всё поняла, всё осознала, - сказал он, - предложила попробовать ещё раз. С чистого листа.

- С чистого листа не получится, - помолчав, сказал я, - лист уже испачкан. И я знаю, что дальше будет. Ты вернёшься к Даше. И она не простит тебе свою измену.

- Это как это? - удивился Сергей.

- А вот так, - ответил я, - человеческая природа такая. Будет твоя Даша твердить тебе, что в её измене виноват ты. До тех пор это будет твердить, пока сама в это не поверит. И ты поверишь. И лет в 50 сдохнешь от инфаркта. Потому что она тебя сожрёт. Даша твоя.

Нет, - сказал Сергей, - она не такая. Она взрослый человек. Мы с ней по телефону всё обсудили. Я на днях вернусь в семью. Дети соскучились.

Я с жалостью посмотрел на Сергея.

- Твоё дело, любитель наступать на грабли, - сказал я ему, - твоя жизнь. Когда торжественное возвращение блудного попугая в лоно семьи?

В субботу вечером, - покраснел Сергей, - дети уезжают на каникулы в лагерь. И я вернусь. Она обещала курочку в духовке запечь.

- Эх, Серёга, Серёга, - рассмеялся я, - как тебя легко купить, оказывается. На курочку повёлся.

- Да не на курочку, - Сергей ещё сильнее покраснел, - просто надо всё решить по человечески. Как взрослые люди.

- Решайте, - кивнул я, - как взрослые. Ты во сколько в субботу в лоно возвращаешься?

- В пять вечера, - ответил Сергей.

- Хорошо, - сказал я, - подъедь ко мне в четыре. Мы с тобой по квартире балланс подобьём. Ты мне там должен вроде немного.

- Да я уже всё посчитал, - сказал Сергей, - и долг принёс.

- Нет, нет, - замахал я руками, - у меня с собой записной книжки нет. У меня там все записи. Давай в субботу. Тебе же не сложно подъехать?

- Не сложно, - ответил Сергей, - у меня и так всё посчитано. Но подъеду. Не знал, что ты так педантичен.

И он подъехал. В субботу в четыре часа дня.

На Сергее была надета новая модная рубашка. Штаны тщательно выглажены. Лицо тщательно выбрито.

- Как я выгляжу? - спросил он, разваливаясь на диване.

- С парфюмом переборщил, - ответил я, - а так на все сто. Только желательно так выглядеть всегда, а не когда на свидание собираешься.

Ты прав, - сказал Сергей, - подзапустил я себя что то. Но теперь всё изменится.

- Кстати, насчёт свидания, - продолжил я, - у тебя секс как давно был?

- Месяца три или четыре, - почему то покраснел Сергей, - а зачем тебе такие подробности?

Помочь тебе хочу из мужской солидарности, - ответил я, - ты в курсе, что после длительного воздержания возможен конфуз? Из за нервов, из за застаивания крови и прочего.

- Не в курсе, - охрипшим голосом сказал Сергей, - я думаю, что пройдёт всё хорошо. Как то даже не думал о этом.

- Ты не думал, а я подумал о товарище, - ответил я, - мне несколько лет назад друг привёз из Шанхая замечательный эликсир. Не виагра, но действует так же.

Я достал из кармана своей куртки плоскую металлическую фляжку. Открутил крышку. Понюхал, закатив при этом глаза. Дал понюхать Сергею.

- Коньяком пахнет, но с травами, - сказал тот.

- Это не пошлый коньяк, - надзидательно сказал я, - это чудо шанхайской народной медицины. Жень шень, девятисил, мать и мачеха, спаржа и имбирь. Вот основные компоненты.

Сергей с опаской посмотрел на фляжку.

- А это точно помогает? - спросил он, - от меня пахнуть не будет? А то Даша не любит, когда я выпивши прихожу.

- Ты жвачкой зажуй и всё будет хорошо, - успокоил я приятеля, - зато эффект будет необыкновенный. Достаточно пары глотков. Главное, потом поешь хорошо. Что бы сил хватило на подвиги.

- Даша курочку запекла, - напомнил мне Сергей.

Он взял у меня из рук фляжку и сделал два затяжных глотка, ополовинив содержимое.

- Не крепкий совсем, - удивился Сергей, - можно ещё глоток?

- Можно, - великодушно согласился я, - главное, поешь потом хорошо. И, кстати, у меня квартира сегодня свободна. Туристы не приехали. Заболели чем то.

- Да мне твоя квартира уже не нужна, - просиял Сергей, - я сегодня дома ночую. Пойду я.

- Иди, иди. Ни пуха, ни пера, - напутствовал я приятеля, - а я пока посижу тут. Рассказик напишу.

Сергей встал. Попрощался. И ушёл. В лоно семьи.

А я перебрался за обеденный стол, открыл ноутбук и начал печатать - "У меня три раза был страйк. Три раза подряд."

Сергей позвонил через три часа.

- Ты говорил, у тебя квартира свободна сегодня, - сказал он в трубку, - ты там ещё? Я подъеду. Мне надо привести себя в порядок.

- Я ухожу уже, - ответил я, - но подожду тебя. Расскажешь про возвращение в лоно.

Сергей что то буркнул и отключился.

На пороге квартиры он появился спустя 15 минут. В грязной рубашке и брюках. Пахло от него помойкой.

Приведя себя в порядок, Сергей рассказал о том, что произошло.

Даша встретила его в нарядном платье, с новой причёской и умело сделаным макияжем.

Провела на кухню. Усадила за стол.

Курочка была великолепна. С золотой корочкой. С приправами и мягким соусом, поданным на отдельной тарелочке.

Мясо таяло во рту.

Таял и Сергей. От вкусной пищи. От женщины, сидящей рядом. От домашней обстановки.

После ужина пошли в спальню. Как законные муж и жена.

Разделись, отвлекаясь на поцелую. Легли. На чистые, пахнущие лавандой простыни.

- И вот только я на неё лёг, - сокрушённо рассказывал Сергей, - как во мне что то перемкнуло. Моментально. Выгнуло дугой. И всё, что я за день съел, всё на неё. Вырвало меня.

- Может курица была несвежая? - участливо спросил я.

- Не знаю, - ответил Сергей, - может и курица. Но рвало меня так, как никогда в жизни. Кошмар какой то. Я шевельнуться не могу. Из меня хлещет. И всё на Дашку. На лицо ей и на грудь. Она орёт. Выбраться из под меня не может.

- Ужас, - поддакнул я, - в самый ответственный момент. Что дальше то было?

- Дальше у Дашки была истерика, - продолжил Сергей, - а я руки в ноги и бежать. Она в меня посудой стала кидаться. Орала, что я животное.

- Это у тебя реакция организма на измену, - авторитетно сказал я, - случай не редкий. Ты в мозгу простил её, а вот организм воспротивился. Ничего не поделаешь, природа.

- Точно? - недоверчиво спросил Сергей.

- Точнее не бывает, - подтвердил я, - не твоя это женщина. Организм тебе твой о этом ясно дал понять.

Сергей задумался. А я поехал домой.

- Ангел мой, ты чего так поздно? - спросила меня Леночка.

- Серёгу обратно в квартиру селил, - ответил я и рассказал о его попытке вернуться в лоно семьи.

- Милый мой, - сказала она, - ты же подписку давал при увольнении. О неприменении. Ты зачем хулиганишь?

- Ничего я не хулиганю, - ответил я, - и ничего я не применял. Так, помог немного. Это не смертельно и вреда для организма никакого. Наоборот, польза. Организм очистился.

- Ты мне про организм на уши лапшу не вешай, - голос у Леночки вдруг окреп, - ты зачем влезаешь туда, куда не просят?

- Серёгу жалко стало, - вздохнул я, - он мужик хороший. Но слабохарактерный. Вернулся бы он сегодня к Дашке и что? Через два года инфаркт. У него сердце слабое. И руки трясутся. В его то возрасте.

- Может ты и прав, - задумчиво сказала Леночка, - но пообещай мне, что больше никаких приворотных или отворотных средств использовать не будешь.

- Не буду, - пообещал я, на всякий случай скрестив незаметно от жены средний и указательный пальцы, - надо было ему вместо рвотного слабительного дать. Смешнее бы получилось.

- Ангел мой, ты опять? - в голосе у Леночки вновь зазвучали стальные нотки.

- Да нет, просто мысли вслух, - рассмеялся я, - пошли спать. Ночь на дворе.

Как бы там ни было, но это сработало. Сергей так и не вернулся к Даше. Не смог. При виде бывшей жены он зеленел и хватался за живот. То ли взаправду, то ли в шутку. Но Дашу это ужасно злило.

Развелись они спустя пол года.

Сергей снял однокомнатную квартиру. Обустроился. С детьми он видится раз в неделю. Даша этому не препятствует.

После развода она как то сразу постарела. Похудела. Кожа на руках покрылась пигментными пятнами.

Но, главное, она перестала дёргать Сергея. Устраивать истерики и что то требовать.

Да и что она может от него требовать?

Он ведь её бывший муж.

Посторонний человек.


#43 OFFLINE   Родной

Родной

    ÜRƏK

  • Members
  • ФишкаФишкаФишка
  • 6 021 Сообщений:
6 504
Excellent
  • ОткудаБаку

Опубликовано 19 Апрель 2019 - 12:14

Баку. Осень. Без пятнадцати двенадцать ночи. Мы с друзьями шли быстрым шагом по бывшей улице “Гуси Гаджиева”. Бакинский ветер пронизывал нас насквозь и, хотелось поскорее оказаться дома, несмотря на то, что дома нас ждал нагоняй от родителей за позднюю прогулку.
Улица была безлюдной, местами освещенная старыми советскими фонарями.
Совершенно неожиданно, рядом с фотоателье “Kodak”, путь нам перегородил мужчина, дикой кошкой выпрыгнувший из тёмной арки.
Мы остановились как вкопанные в пару метрах от незнакомца.
Ковбойская шляпа, потертая куртка. Смуглое морщинистое лицо и яркие глаза.
В лучших традициях голливудских вестернов незнакомец пристально смотрел на нас, не отводя глаз!
- Интригующе! Кто же это был?
- Ей Богу, не хватало только, чтобы где-то вдали начала играть фоновая музыка Эньио Морриконе из фильма “Злой,Плохой,Хороший”.
Вместо степных сухих клубков “Перекати-поле”, ветер гонял по черному холодному асфальту полиэтиленовые кульки. Всё замерло в ожидании минутной стрелки часов в башне Бакинской Мэрии. Казалось, что с боем курантов, незнакомец выхватит револьвер из-за спины и четырьмя молниеносными ударами ладони по курку револьвера, отправит нас прямиком в преисподнюю.
- Что-то случилось? не дожидаясь драматичной развязки, спросил я человека в ковбойской шляпе.
- Ваууу, детишки могут говорить? Ваууу! С ехидством ответил мне незнакомец.
После чего, медленно, как-то театрально подошел ко мне, посмотрел в глаза и спросил:
- Дома все в порядке?
- Дома??? Дома все в порядке!
- Отлично, Вауу. Берегите родителей, Ваууу.
- Обязательно. А почему Ваау?
- Потому что я волк, вауу. Джанавар, вауу.
5 минут назад я был уверен, что незнакомец пристрелит нас, а он просто подошел и поинтересовался как у нас дела, вауу и все ли в порядке дома, вауу )
Вблизи, лицо незнакомца, оказалось совершенно не внушающим страх. Покрасневшие, грустные глаза и уставший взгляд.
- Вы, молодцы, вау.- продолжал незнакомец свой монолог. – Вы, орлы, ваууу. Живите двадцать лет, но как орлы! Ешьте мясо! Это лучше, чем жить 300 лет как вороны и питаться падалью. Вауу.
Мы, будто бы, очутились в театре одного актера. Сегодня для нас выступал замечательный актер по имени Чингиз, игравший одну из своих самых сложных ролей. Роль “одинокого волка”. Жизнь оказалась лучшим и самым беспощадным гримером для этой роли.
- Посмотрите на этот город, вауу. Ветер годами спасает этот город, вауу. Выдувая смог из наших легких. Озон, кислород. Однажды природа пойдет против нас. Покажет нам, кто тут главный.
Главное жить достойно, вауу. Цените близких. Отстегните всех ненужных людей от себя. Они укорачивают вам жизни. Важно не количество людей, а их качество.
Я старый бродяга, вауу, все есть у меня, вауу. Город мой. Куда хочу, туда иду. Без чувства юмора человек как камень. Камней много. Брильянтов мало.
Временами он перебрасывал свой взгляд на одного из нас и продолжал свой моноспектакль.
- Без денег жить можно, ваууу. Без музыки жить нельзя. Если ты не танцуешь у себя в голове, значит ты не свободен вауу. Пустышка. Понимайшен меня ??? Олд сити. Олд стритс, вауу.
Я лишь высказываю свою точку зрения. Сегодня вам, завтра им. Правда в том, что злые люди -слабые люди. Бояться всего, поэтому и злые. Бояться признать, что всего лишь пустышки.
Поэтому живите честно, ярко. Не курите, не пейте! Я пью … мне можно! Я волк! Налил рюмку- сказал правду.
Родителям салам. Берегите их. Ковбой поднял ладонь к верху, прощаясь с нами и напоследок, добавил.
- Помните, как Орлы!!! Не вороны! А орлы! Досвиданейшн, всех уважейшен.Вауу…
Домой мы шли молча. Ни насмешек над незнакомцем. Ни обсуждения его слов. Каждый из нас думал о чем-то своем и не хотел этим делиться.
- Вы так и не узнали кто это был?
- Знаменитый незнакомец. В Городе его называли “Нашинский” ,“Джанавар”, “Mr. Ваау”, “Ковбой”, “Одинокий волк”, “Чина”, “Симпатяга”.
Актер своего собственного спектакля длиною в жизнь.
Выключая уличные фонари и, опустив городские кулисы, он каждую ночь уходил в свою гримерку, где, снимая шляпу и грим оставался наедине со старым патефоном, крутящим заезженною пластинку “The Beatles”.
“Michelle, ma belle
These are words that go together well
My Michelle
Michelle, ma belle
Sont les mots qui vont tres bien ensemble
Tres bien ensemble
I love you, I love you, I love you
That's all I want to say
Until I find a way
I will say the only words I know that you'll understand
Michelle, ma belle….”

Прикрепленные файлы:


Никогда Не говори Никогда!

#44 OFFLINE   Ceana

Ceana

    Масюлик

  • Супермодератор
  • 53 084 Сообщений:
69 337
Excellent
  • ОткудаИз леса,вестимо

Опубликовано 27 Февраль 2020 - 12:11

Сказка 2020

- Немедленно откройте! - раздалось за дверью, - Мы знаем, что вы там!
- Там - подтвердила Баба Яга, неохотно открывая дверь, - Чего надоть? Кто такие?
- Налоговик я. От Мишустина. - толстый краснощёкий человек оттолкнул Бабу-Ягу и прошёл в избу. За ним семенил маленький лысый человечек в очках и с кипой бумаг.
Налоговик осмотрел избу и повернулся к Яге.
- Почто налоги не платишь, старая?
- А за что мне их платить? - удивилась она.
- Закон такой, - ответил Налоговик, прохаживаясь, - Грибы и ягоды, а также валкежник в лесу собираешь?
- Собираю, - кивнула Яга.
- А лес чей? Государственный. Сбором грибов ты наносишь лесу невосполнимый урон, который…
- Как это невосполнимый? - перебила Яга, - Грибы-то обратно вырастут.
Налоговик хмуро посмотрел на лысого человечка и тот протянул ему бумагу.
- Действительно, - протянул он, пробежав взглядом по листу. Но работу лесников надо оплачивать. Поэтому и налог.
- А это вот что у тебя? Печка? Дровами топишь, верно?
- Нет, - ответила Яга, - Волшебная она. Сама по себе горит.
- Дым идёт?
- Идёт.
- Ну вот! - радостно воскликнул Налоговик, - Дым наносит урон окружающей среде. На решение этой проблемы нужно золото. Плати налог за использование спецустройства плюс штраф за отсутсвие разрешения Гостехнадзора!
- Не буду, - фыркнула Яга, - Поколдую и не будет дыма. За че платить?
Налоговик повернулся к лысому, тот пожал плечами.
- Ладно, старая. А вот изба твоя. Налог за неё платишь?
- За что? - изумилась Яга, - Я ж её сама наколдовала!
- За обслуживание, конечно, - снисходительно улыбнулся Налоговик, - Крыша не течёт? Не течёт. Грызуны есть? Нет. А чья это заслуга? Государственная. Ибо Государство о тебе заботится и не забывает. А ты налоги не платишь! Стыдно!
Баба-Яга захохотала.
- Насмешили, - проговорила она, вытирая слезу, - Крыша не течёт, потому что мне её Леший каждый год перестилает. А грызунов Кот истребляет.
Налоговик снова повернулся к лысому и тот с улыбкой выдал несколько бумаг.
- Значит, говоришь, Леший незаконной трудовой деятельностью занимается? А налоги не платит. Разберёмся.
Яга смутилась и выругалась.
- А что же насчёт коммунальных платежей, старая? - продолжил Налоговик, - Ни разу не оплачивала ни за свет, ни за воду.
- Вода в ручье течёт, - возмутилась Яга, - А ручей тут без Государственного участия образовался!
-Нууу, мы это проверим...
- Да и свет, знаешь ли, тоже не Государственная заслуга! Солнце задолго до вас всех светить начало!
- Глупости какие, - засмеялся Налоговик, - Раз не хочешь платить, ограничим доступ. Не будет тебе Солнце светить больше.
- А ступа во дворе твоя? Регистрационные номера где? Транспортный налог почему не платишь?
- Дык она ж на чистом колдовстве летающая - молвила Яга. Воздух не загрязняет, шипами дороги не портит...
- Так. ГИБДД вызовем. Проверим. А если и правда летающая - Росавиацию подключим. Каждый вылет будешь за 8 суток у дежурного диспетчера согласовывать!
Налоговик просмотрел свои бумаги и протянул одну из них Яге. 
- Это за всё остальное. Плати, или мы имущество опишем в счёт Государства.
Налоговик подошёл к Коту, спящему в кресле и поднял его за шкирку.
- Вот это что? Кот? Вот его и опишем. Тем более, что у него нет разрешения на истребление грызунов.
- Сволота! - закричал Баюн, - Пусти!
- И нужно выяснить, - продолжал Налоговик, - Куда он шкурки девает? Почему не сдаёт Государству?
Только он договорил, как превратился в мышь, а лысый человечек в крысу.
- Надоел, блин!!! Яга отряхнула ладони, - Баюн. Баюн! Как поймаешь, целиком не жри. Шкурки оставь. Я их Государству сдам...


Я не хорошая и не плохая, я - добрая в злую полосочку


#45 OFFLINE   Fim

Fim

    Baku-lifer

  • Members
  • ФишкаФишкаФишка
  • 46 Сообщений:
58
Excellent
  • ОткудаБаку

Опубликовано 02 Март 2020 - 04:41

Один доллар

Канадский врач и физиолог сэр Фредерик Бантинг был одним из первооткрывателей инсулина, спасшего десятки миллионов человек. За свое открытие в 1923 году Бантинг получил Нобелевскую премию (совместно с Джоном Маклеодом).

Бантинг был очень щепетильным человеком и всегда подчеркивал вклад своего ассистента Чарльза Беста в открытие инсулина. Он даже отдал ему половину своей доли Нобелевской премии.

Кроме того, понимая значимость инсулина для человечества, Бантинг отказался от регистрации патента на него, хотя это открытие сделало бы его мультимиллионером. Все права он передал Торонтскому университету за один доллар.

Во время Второй Мировой Бантинг служил офицером связи и трагически погиб в 1941 году в авиакатастрофе.

Сегодня около дома, где жил Бантинг горит вечный огонь - "Flame of Hope". Его погасят только тогда, когда научатся излечивать диабет полностью.

#46 ONLINE   Лалико

Лалико

    Администратор

  • Administrators
  • 23 181 Сообщений:
36 806
Excellent
  • ОткудаБаку

Опубликовано 14 Март 2020 - 08:30

Итак!

Пока я снимала шубу, он похотливо ощупал меня взглядом и подобострастно прошептал: «Проходите, проходите…»

— Гордик, твоя девушка уже пришла? — раздался с кухни дребезжащий старческий голос.

— Пришла! — громко крикнул он в кухню, а мне тихо, словно оправдываясь, торопливо пояснил. — У меня мама дома…

— Мама? — я слегка озадачилась: про маму мы не договаривались.

Гордей превратно понял мою реакцию, и поспешил интимно добавить:

— Она скоро уйдет. По делам. Надолго.

Мы прошли в старомодную, плохо прибранную гостиную. Убирается тут явно старенькая мама. Гордей, наверное, только пылесосит. По воскресеньям.

У Гордея есть московская прописка. Рост метр восемьдесят. И шрам над правым глазом. Шрамы украшают мужчину, поэтому шрам запишем в плюс (хотя это не брутальный шрам, полученный в бою или в драке. Наоборот — Гордей, подскользнувшись в гололед, рассек себе бровь о ступеньку подъезда. Ни грамма подвига — сплошная нелепость).

Итак, что мы имеем? Высокий москвич Гордей со шрамом. Ну, вполне достаточно, чтобы женщины кокетливыми мотыльками вились вокруг его фитиля.

Но они — не вьются. Вот не вьются — и всё. А Гордику уже 43.

Для женщины это вообще возраст — аларм-аларм! — закат возможности деторождения. В этом возрасте женщины особенно отчаянно рожают «для себя».

Гордик тоже хочет родить. Ну, в смысле, чтобы кто-то родил «для него». Ну и для его мамы, которая «видимо, так и помрет, не дождавшись внуков».

Я представилась журналисткой. У меня — редакционное задание. Пишу материал о Москве как городе одиноких людей, о завидных женихах и невестах столицы. Рандомным способом вышла на Гордея. Дадите интервью? Только не обычное такое. Жесткое. Откровенное. Дадите? — Очень интересно. Дам, конечно.

— Здравствуйте, уважаемая барышня! — в комнату неторопливо входит пожилая, но молодящаяся женщина, окутывает меня цепким взглядом. — Меня зовут Зинаида Макаровна. А вас как величать?

— Ольга.

— А по батюшке?

— А не надо по батюшке, — улыбаюсь я. — Просто Ольга.

— Ольга, я накрыла чай. Напекла плюшек с корицей. Вы кушайте, кушайте…

Мы садимся за стол. Зинаида Макаровна разливает чай по чашкам. Беседуем о разном. О капризном декабрьском марте, о дырявом здравоохранении, о том, как Зинаида Макаровна 32 года отработала на одном заводе, об удачной корице в плюшках, о работе Гордея, о кризисе производства, о том, что я долго искала место для парковки.

Зинаида Макаровна — хорошая женщина. Но пожилая. Она пережила тяжелые голодные времена и не смогла их забыть. Поэтому она постоянно говорит одну фразу «Вы кушайте, кушайте». Это, в принципе, обычная фраза. Но когда ее повторяют по сотне раз в час, она становится самой ужасной фразой в мире. МЫ КУШАЕМ, КУШАЕМ!!!

Я пришла к Гордею взять интервью. Как к холостяку, потенциальному чьему-то жениху. Гордей не чует подвоха. Он — жених. Да. Завидный жених. А что не так?!

Общаемся. Втроем.

Мне с первой минуты очевидно со стороны, почему Гордей — одинок. Нет, дело не в том, что он латентный сладострастник, и не в давно не стираных усах.

Просто он — никакой. НИКАКАШЕЧКА. Он человек с частицей «не». Не интересный, не веселый, не перспективный. Высокий — да. Но все остальное — не.

Женщины сегодня избалованы соблазнами. Они знают, «как может быть», и не хотят «хоть как-нибудь».

Они смотрят «Секс в большом городе» и думают: вон как бывает, оказывается.

Красивые свидания, полуночные бары, туфли от «Маноло», звездное небо Манхеттена с черепичной крыши, струнный квартет за углом, лукошко клубники посреди зимы, цветы с курьером, гардеробная комната с откровенными зеркалами, ловкий поцелуй главного героя… Романтика.

Гордей уверен, что всё это наносное, социальное, условное, никому не нужное. Его женщина оценит его глубокий внутренний мир. Глубину, кстати, Гордей определяет сам. На глазок.

Мы с Гордеем переходим на ты.

— Вы кушайте, кушайте. Надо нам женить Гордика, — говорит Зинаида Макаровна, причитает. Берет меня в сообщники в деле трудоустройства сына в семью. Диалог происходит при Гордее. Он никуда не вышел, вот, сидит рядом на табуретке и молчит, будто разговор не о нем. Не инициативный.

— Да, может, сам как-нибудь справится, Зинаида Макарна, — хмыкаю я.

— Не справится, — вздыхает мама. — За 43 года не справился…

— Значит, не хочет.

— Хочет, хочет!!! — испуганно адвокатирует сына мама.

— Пока очевидно, что он хочет сидеть на табуретке, сложа руки, и плюшками баловаться.

— Гордик, ну скажи! — приказывает мама.

— Все женщины меркантильные, — выносит приговор Гордик.

— Да? — удивляюсь я.

— Да. Московская прописка всем нужна…

— Это да, — легко соглашаюсь я. — А что еще у тебя есть, Гордей?

— В смысле?

— В прямом. Брак — это бартер. Мы вот с мужем вместе 14 лет. Я ему — детей, ноги, борщ. Он мне — юмор, легкость, деньги. Все честно. Не понимаю, почему ты с осуждением говоришь о женщинах, как об охотницах на твою прописку, если кроме нее у тебя ничего нет?

— Как ничего? — обиделся Гордей.

— Как ничего? — обиделась Зинаида Макаровна.

— Ну, вот я и спрашиваю: что? Что есть?

— Ну, я веселый…

— Ну, он веселый…- вторит Зинаида Макаровна.

— Гордей, расскажи анекдот, — прошу я.

— Какой?

— Любой.

— Про что?

— Про что хочешь. Любой анекдот.

— Я так не могу.

— Гордей, ты веселый, — напоминаю я.

— Встречаются русский, поляк и немец. На острове. Ну, попали туда. После кораблекрушения.

— Тааааак…

— Ну… Вот… Короче… Слушай, я так не могу!

— Вот, — резюмирую я. — Ни хрена ты не веселый, Гордей. Ты не удосужился выучить хоть какой-нибудь завалящий анекдот, чтобы рассмешить женщину.

— А мне не нужен камеди-клаб, мне семья нужна.

— Вы кушайте, кушайте, — растерялась Зинаида Макаровна: она понимает, что интервью получается какое-то странное, не таким она его себе представляла, но как вырулить из этой ситуации и спасти сына, пока не понимает.

— А еще ты какой, Гордей? Ну, веселый, это мы поняли. А еще? — спрашиваю я.

— Он хозяйственный. Он плов умеет, — вспоминает Зинаида Макаровна.

— Гордей, у тебя есть казан? — я смотрю на Гордея в упор.

— Казан? — переспрашивает Гордей.

— Какие специи нужны в плов, Гордей?

— У меня специальная приправа «для плова». Там все. Я не вникал по отдельности.

— Зинаида Макаровна, не обижайтесь, но вот моему сыну шесть лет. Он тоже умеет плов. Ну, то есть порезать лук, морковь и мясо в мультиварку, засыпать рисом, посолить и приправу добавить он сможет. И режим установить, какой я скажу. Это, конечно, будет не плов. А слипшаяся рисовая каша с мясом, но…

— Ольга! — Гордей произносит моё имя с возмущением.

— Гордей, я сейчас не издеваюсь. Я просто помогаю тебе посмотреть на себя со стороны и оценить себя объективно. Пока ты смотришь на себя восхищенными мамиными глазами. И не понимаешь, почему другие женщины не делают также. Я вот и поясняю тебе, почему. Ты умеешь зарабатывать?

— Я работаю с института!!!

— Верю. Но я не спросила, как долго ты работаешь. Я спросила: ты зарабатывать умеешь?

— Я же не бесплатно работаю!

— Хорошо, — вздыхаю я. — Задам вопрос иначе. Где ты отдыхаешь?

— В сентябре ездил в Крым. Очень хорошо, правда поезд ужасный, зато там хорошо, в частном секторе, рядом с морем жил.

— А питался где?

— Там столовая рядом, чтобы первое было, мне для желудка, и пирожки покупал у женщины там, по пути. Не дорого, по 20 рублей. Домашние. С капустой. И с мясом.

— Ясно.

— Что ясно?

— Ты не умеешь зарабатывать.

— Вы кушайте, кушайте, — суетится Зинаида Макаровна. Она явно сбита с толку даже больше, чем Гордей.

— Ты, Гордей, усатый, — говорю я. — Это факт. И прописан в трехкомнатной квартире на улице Трофимова. Это тоже факт. У тебя вероятно есть сестра?

— Есть. Откуда знаешь?

— Ну, квартиру получили родители. Мама. 32 года на заводе. Трехкомнатную, вероятно, потому что были двое разнополых детей. Не сложный секрет. Очень распространенный.

— Это к чему? — Гордей сливается с бежевой стеной.

— К тому, что московская прописка — не твоя заслуга. Так получилось. Это была твоя фора при старте в жизнь. Но ты и ее не использовал. Думаю, даже за коммунальные платежи платит мама. Со своей пенсии. Угадала?

При этих словах Зинаида Макаровна встает и уходит на кухню, бормоча «Кушайте, кушайте…», а я безжалостно продолжаю:

— Тебе остается заработать только себе на еду. Ты и не напрягаешься. Зарабатываешь свои 20 рублей на пирожок с капустой. За что женщина должна тебя любить, Гордей?

— А я ее за что?

— Ну, началось. Как маленький. «А она мне что?» Вот из-за такой стратегии, Гордей, ты и едешь с ярмарки ни с чем. Занудный. Обиженный. Пустой. Бюджетный. Списаный трамвай. И уже в депо, Гордей, в депо. Не страшно? Вот так, без результатов?

— Почему без результатов? — горячится Гордей. — У меня вон сколько грамот!!!

Он бросается к заранее приготовленной папке. Он же готовился к интервью! Выпятил все свои заслуги, оформленные на типографском картоне в формате А4. Благодарность за активность, проявленную… Грамота за участие…

— Гордей, — вздыхаю я тоном уставшей учительницы в конце рабочего дня. — Нематериальное стимулирование — это прекрасно. Оно отлично работает на мотивацию в тандеме с материальным, иногда подменяя его. Грамоты — это не показатель твоей успешности. Это показатель успешности работы отдела кадров по удержанию персонала на рабочих местах за копейки. А грамоты, будь они трижды приятные, не рожают детей, и не варят борщи…

— Не понял…

— Гордей, я не журналистка. Меня прислал сюда твой отец. Он был у меня на лекции по личной эффективности. Я веду лекции. Помогаю людям быть… эффективными. Твой отец очень переживает за тебя. И хочет тебе помочь. Поэтому…

— Мааааааааааааам, — испуганно кричит Гордей в сторону кухни, не спуская с меня глаз. — Мааааааааааам…

Зинаида Макарна входит в комнату и, обиженно полоснув по мне взглядом, говорит:

— Я сейчас уйду, мне в сберкассу надо…

— Мам, она от отца. Лазутчица.

Зинаида Макаровна ошарашенно переводит на меня взгляд.

— Вы от Павла?

— От Павла Ивановича.

— Она психолог, мам. Пришла меня лечить.

— Я не психолог, Гордей Павлович. Я не говорила так. В данном случае я… диагност. Ваш отец заплатил мне. Чтобы я пришла и… была собой. Я потрошитель иллюзий. Но иногда это очень полезно. Он переживает за вас.

Гордей встал с табуретки и мне, сидящей, его метр восемьдесят показался всеми двумя.

— Мой отец — вор! — почти по слогам произнес Гордей. — Он чиновник. Берет взятки. Ворует у государства!

***

— Ты работаешь в компании по производству канцтоваров, да? — спрашиваю я, резко встаю и подхожу к письменному столу. На нем лежат три стопки бумаги в упаковках, россыпь ручек, маркеры, новенький степлер. — Гордей, ты купил этот степлер?

— Купил, — у пунцового Гордея раздуваются брови.

— Ты врешь. Это очевидно. Ты его украл. Вынес с работы. Легко договорился со своей совестью. Раз вы мне платите грамотками, я вам — «честностью», подумал ты. Ты вор, Гордей. Как и твой отец. Только он ворует на государственном уровне, а ты — на уровне скрепок.

— Ты меня в чем-то обвиняешь?

— Боже упаси, Гордей! Я не из прокуратуры. Ловить преступников — не моя специализация. Я пришла разоблачить тебя. Но для тебя же самого. Для твоей же пользы.

— Уходи.

— Отец хотел выдернуть тебя из этой вязкой маминой заботы. И уходя от неё, от мамы, позвал тебя с собой. Сколько тебе было? 25? Когда ты укрылся с мамой одной обидой на отца, и свою слабость замаскировал совестью. Конечно, так проще. И сидишь, ждешь, что кто-то оценит. А ценителей всё нет. Вон мама только. Но мама не считается. У нее работа такая — любить тебя безусловно. И в компании, Гордей, в которой ты работаешь, женщины-коллеги видят тебя насквозь. Зачем им сорокалетний зануда со скрепками? Ты даже в любовники не годишься. Любовник, он же не только секс, он вдохновение и подарки. А ты что? Степлер и «встречаются немец, поляк и русский…»?

Спустя 10 минут за мной обиженно закрывается дверь. Слишком быстро закрывается, чтобы это можно было назвать «сама ушла». Меня выгнали.

Я набираю номер Павла Ивановича.

— Ну что? — спрашивает он вместо приветствия.

— Ну всё.

— Всё?

— Всё, как я говорила. Оставьте мальчика в покое.

— Мальчику 43.

— Он инфантилен как Карлсон, который живет на крыше, в моем шестилетнем сыне ответственности больше. Но он счастлив.

— В смысле, «счастлив»? С мамой в 43? Без семьи и без детей? Кладовщик? Или кто он там… Моя дочь сегодня провела IPO для своей компании за границей. Черт! Как будто это дети от разных матерей, не в одной семье росли!

— Пал Иваныч, нельзя осчастливить человека насильно. Нельзя вылечить от болезни, которую он не признает. Ему хорошо. С мамой и пирожком с капустой. Он слишком слаб, чтобы иметь смелость оценить себя со стороны. Ему хватает маминых оценок. В его проблемах виноват начальник, который не платит, бабы, которые не любят, правительство, которое не заботится, ржд, которое задрало цены, газпром, который сбывает не его мечты, отец, который «бросил» его, малыша, в 25 лет и ушел от мамы. Это самая легкая жизненная позиция. Он в ней застыл как в янтаре. И никуда. А что? Он и страдалец, и жертва, и благородный, и честный, и защитник, и человек слова. Прям герой. Нашего времени. Даже если вы насильно выдернете его, наймете психологов и тренеров, причините свое счастье, все зря.

— Потому что 43?

— Да нет. Возраст не при чем. Меняться можно и в 93. Но первый шаг — признать проблему. А у него их нет.

— И что делать?

— Говорю же: оставить его в покое.

— Я не могу. Он мой сын. Он катится в пропасть. Я должен ему помочь.

— Пал Иваныч, а вот это ваша проблема. Наймите коуча, и отработайте это неуемное желание нянчить сорокалетнего дядечку, свою латентную вину за «упущенного» ребенка отработайте. Это Ваша очевидная проблема, не Гордея.

— Ясно. Поработаешь со мной?!

— Нет, я не психолог. Я — диагност. Ну… Терапевт. Могу грипп вылечить. Насморк. Кашель. Могу прочитать гемоглобин в анализах. А если что серьезное — это к специалисту. Могу дать контакт…

Иду домой. Сейчас отложу все дела и напишу про это пост, пока горячее, свежее, не прожитое. Изменю имена только. Вот она, объективная реальность, без прикрас. Безжалостная правда жизни.

А вечером я приготовлю плов. У меня есть зира, шафран, куркума, барбарис…

Ольга Савельева

https://www.yaplakal...pic2083636.html

#47 ONLINE   Insurgent

Insurgent

    Циник-садюга²

  • Members
  • ФишкаФишкаФишка
  • 26 571 Сообщений:
21 198
Excellent
  • ОткудаСССР

Опубликовано 17 Май 2020 - 08:47

Недурственно)
<похотливо ощупал меня взглядом>
Я не знаю что ты куришь,но дыми в другую сторону.




0 пользователей читают эту тему

0 пользователей, 0 гостей, 0 невидимых